Я родом из города, о котором москвичи обычно говорят: «где-то там, за Уралом». У нас же принято гордиться тем, что мы не Москва, хотя каждый второй уфимец тайно грезит умотать в съемную двушку где-нибудь в Бутово.

Я рванула в Иваново не по любви и не по расчету. Во мне просто проснулся дух кочевника – дикошарый и не терпящий логики. Я выбирала вуз, вооружившись таблицей проходных баллов и чувством здорового пофигизма. Я выбирала город для поступления, как йогурт в супермаркете. Какой срок годности истекает последним? Где ниже проходной балл?

Я открыла список вузов страны. На последнем месте по проходным баллам значилась Чечня. Боже, храни мою интуицию! Мой внутренний голос, воспитанный на стереотипах, вовремя шепнул: «Это не твой вариант». Строчкой выше, как спасательный круг, висело Иваново. «Ааа, это же Подмосковье», – щебетали родственники. Я смотрела на карту и понимала: это не Подмосковье… но решила тактично промолчать – пусть дальше гордятся.

Что я знала об Иванове? Только про текстильщиц по бабушкиным рассказам. Она, собирая для меня сумку с едой, вещала о 1970-х: «Туда многие наши уезжали. Возвращались модные, в ярких платках и непременно в брюках. И всегда с сигаретой, внучка. Слышишь? С сигаретой. Не вздумай закурить там!»

Я приехала в Иваново вечером. Первый же таксист, глядя на меня в зеркало заднего вида, процедил: «Зря приехала. Люди здесь злые». Я тогда внутренне ухмыльнулась. В Уфе у нас тоже все злые. И в Москве, в Санкт-Петербурге, во Владивостоке… Везде люди злые, если их злить.

А потом город показал себя. Словно разозлившись на слова таксиста, начал открываться мне совсем иными гранями.

«Злые» люди отчего-то начали проявлять ко мне, случайной гостье, чудеса душевности. Например, есть у нас в общежитии охранница. Серьезная женщина невысокого роста. Чаще всего встречаешь ее не на самой вахте, а у крыльца. Естественно, с сигаретой в руках. Сколько же разговоров было с ней. Если тяжко, спускаешься вниз. Она нальет чая, выслушает. Может даже ничего не сказать, кроме: «Да, дела… пойдем покурим». Но так легко после этого становится. Почти как после исповеди. Эту охранницу все любят. Если опоздаешь – обругает на чем свет стоит, но впустит. И спросит, где пропадала. А там снова чай, сигарета и разговоры до пяти утра.

Люди в Иванове не «добренькие». Они сложные, рефлексирующие, тяжелые, с характером. Если ты им не нравишься, они тебе об этом скажут. Если нравишься – улыбнутся.

Когда пишу эти строки, сидя в общаге и глядя на зеленеющие деревья за окном, я понимаю: бабушка зря боялась, что я закурю. Я «закурила» этим городом, его фактурой, его непростыми, но честными людьми. Иваново не стало для меня Подмосковьем. Оно стало домом, который я выбрала сама.

Этот текст – признание в любви? Как ни странно, да. Просто любовь эта, возможно, больная. Как любовь к горьким сигаретам. Город-диагноз. И я пока не знаю, излечим ли он.