БАННЕР
Глава города Иванова Владимир Шарыпов, Председатель Ивановской городской думы Александр Кузьмичёв, депутаты Ивановской городской думы выражают глубокие соболезнования родным и близким
зафиксировано в России за последние сутки
пациенты будут направляться в другие медучреждения области
10% преподавателей области не имеют необходимого оборудования для организации обучающего процесса из дома
для продолжения производственной деятельности
по расписанию выходных дней: с 6 утра до 10 вечера
Ольга Хрисанова
Когда дрогнул голос ветерана

Эти слова много раз слышала во время войны Анна Семёновна Лапина – медсестра в военно-санитарном поезде.

В Иваново Анна приехала в 15 из Кировской деревни. Поступила в ФЗУ при меланжевом комбинате – очень ей хотелось стать настоящей передовой текстильщицей. Правда, поработать ткачихой на большом производстве довелось до войны лишь год. Вместе с тремя подружками пришла в военкомат, и все вместе решительно потребовали отправить их на передовую. Комиссар предложил девчонкам поступить на службу в военно-санитарный поезд, на что они сразу согласились. Курсы медсестер были скоротечными и вскоре девушки были зачислены в Красную армию.

Безжалостные ножницы отхватили локоны и косы. Девушкам выдали кирзовые сапоги, самые маленькие были 40 размера! Цветастые платки пришлось сменить на пилотки, легкие платья – на залатанные и штопанные гимнастерки и шинели с чужого плеча – такие огромные, что их вполне можно было надеть на двоих и застегнуть на все крючки. Главный врач поезда, увидев новоиспеченных медсестер, удивилась их худобе и отправила на целую неделю в вагон-кухню отъедаться. 

В то время наша армия отступала, так много раненых прежде еще не было. Поезд ВСП-176 стоял под Ивановом на станции Сортировочной, ждал отправления на фронт. Кроме машиниста, комиссара и замполита личный состав был в основном женский: врачи-хирурги, в каждом вагоне помимо проводника – медсестра и санитарка. 

Вывезти – значит спасти

Поезд вскоре отправился в первую поездку на фронт. «Помню ту погрузку раненых: солдаты – кто на костылях, кто на носилках, торопятся, взрывы близко, – вспоминает Анна Семёновна. – Ужас, аж, горло сводит, при каждом взрыве приседаю. А приказ – всех завести, усадить-уложить в вагоны. Потом уже со временем мы перестали вздрагивать от стрельбы. Некогда было бояться, надо же свое дело делать». 

Сколько таких поездок было потом у медсестры Ани за годы службы – и не сосчитать. Их поезд ходил по разным направлениям, куда именно – заранее никто не знал, да порой и не спрашивали, в каком городе остановка: Сталинград, Харьков, Львов, сегодня Киев, завтра Кавказ, но всегда там, где шли самые жаркие бои. У них был свой фронт, своя боевая задача – доставить солдат в предписанную медсанчасть и по дороге оказать необходимую помощь. Тяжелых клали на подвесные полки, чтобы в пути не травмировать. Двенадцать вагонов военно-санитарного поезда никогда не пустовали, порой в нем было до пятисот израненных солдат и офицеров. По дороге еще и бомбежки, а после них – то рельсы вывернет, то мост через реку разрушен. Однажды от Харькова до Урала ехали полтора месяца. В такие дни поезд сам превращался в госпиталь на колесах. Была в нем своя операционная – три военных хирурга в тех полевых условиях делали невозможное. Хотя, конечно, не всё было в их силах. И девчонкам – медсестрам и санитаркам – приходилось на носилках выносить тела погибших. Анна Семеновна вспоминает: «Вот сердце кровью обливается. Плачешь, а тащишь. Надо на станции в часть тело сдать по документам, чтобы всё было отмечено, где солдата похоронят. А было дело, что и сами хоронили между большими остановками, помечали только в журналах, где именно, чтобы сообщить родне».

Три года жизни на верхней полке

Вся черновая работа тоже была на девичьих плечах, приходилось таскать 50-килограммовые мешки, ведра с едой и водой. А воду экономили. «Вот руки в крови и гное, а воды нет, – вспоминает Анна Семёновна. – Вытрешь их чем-нибудь и дальше бежишь менять постели, повязки. Помыться было редким счастьем, если командир договорится на счет баньки на какой-нибудь станции». 

Теперь и представить трудно, как вообще можно жить на колесах, спать на второй, а то и на третьей полке вагона, занавесившись простыней. Без выходных и отпусков, порой и без питания (перебои с продовольствием в военно-санитарном поезде бывали нередко). Но радости были. Анна Семёновна улыбается, вспоминая, как в 1944 году маршал Жуков приказал наконец-то одеть женщин-фронтовичек в приличную форму из английского сукна. Выдали даже тонкое белье. Девчачьей радости не было предела, они воспряли духом и похорошели. Да и вообще к тому времени поезда за ранеными проезжали всё дальше на запад, армия продвигалась, а значит, долгожданная победа была всё ближе.

Поезд пахнет цветами и вином

8 мая замполит поезда собрал весь личный состав и шепотом сказал, что война закончилась, но категорически запретил говорить об этом, потому что официально это еще не было объявлено. До этого момента Анна Семёновна рассказывала мне свою историю довольно спокойно, но на этих словах голос ее задрожал: «Вот только представь, Оля, как сдержать такую радость? Мы не то что молчать, мы всем поездом со всеми солдатами так кричали, так радовались! Усталость как рукой сняло, все обнимались, целовались, лежачие раненые поднимались. Столы прямо по вагону накрывали, откуда что взялось – и спирт, и колбаса, и фрукты. Все жители станции, где мы остановились, узнали сразу. Со всей округи, где мы стояли, это было на Украине, люди тащили свои яблоки, вино. Там такой праздник был, боялись, что швы у послеоперационных разойдутся от радости. А потом уж на следующий день, 9-го, День Победы объявили всей стране».

Демобилизовали медперсонал военно-санитарного поезда не сразу. До июля 1945-го они возили уже не раненых, а здоровых, возвращавшихся домой с победой. Всю дорогу пели песни, отмечали чем могли. В вагоне стоял запах цветов и вина – всё от благодарных жителей городов, через которые проходил поезд. На станциях собирались сотни людей, просто увидеть победителей, обнять, поблагодарить. Анна Семёновна признается, что, когда ей потом бывало тяжко, вспоминала этот счастливый путь домой. 

Домой!

Ане Лапиной по окончании войны исполнился 21 год. Молодая фронтовичка, в медалях и орденах приехала в родную деревню. Очень боялась, как бы у мамы, которую она не видела пять лет, от радости не случилось сердечного приступа. 

Вскоре в соседней деревне встретила хорошего парня, тоже фронтовика: полюбили, поженились. Какое-то время Анна поработала в местной больнице, но мечта стать ткачихой на большом производстве не оставляла. Решили всё же с мужем переехать в Иваново, чтоб вернуться на меланжевый комбинат. Там Анна Семёновна Лапина проработала в общей сложности 50 лет. Родила двоих сыновей, позже семья разрослась внуками и правнуками.

19 лет назад, похоронив мужа, моя героиня осталась одна в однокомнатной хрущевке. В свои 96 лет Анна Семёновна сама ходит в магазин и в больницу (это с пятого этажа!), совершенно ясно мыслит. Нередко принимает дома гостей: навещает ее мэр Шарыпов, городские депутаты, коллеги с меланжевого и из совета ветеранов. А недавно она ездила на торжественную встречу с губернатором: «Внимания много, даже неудобно. Я живу очень хорошо, как никогда не жила, все меня любят. Но для меня главное, чтобы войну эту страшную не забывали. Я вот всё помню. До сих пор вот так и стоит в ушах этот звук под стук колес – тихие голоса солдат: «Спасибо, сестра, спасибо, сестра».

 

Сообщение отправлено

Самые читаемые статьи

Владимир Шарыпов

Держимся

Рубрика "Слово мэра"

Редакция РК

Ограничивается работа гостиниц

И сдача домов в наём

Екатерина Сергеева

По новому генплану и новым правилам

Утверждены изменения в генеральный план и правила землепользования и застройки

Николай Голубев

Товарищи люди!

Не думайте только о себе