«Пять лет назад в новогоднюю ночь я загадала желание, чтобы жизнь моя круто изменилась: после развода прошло уже двенадцать лет, дочь выросла и живет отдельно, а я одна… Очень хотела, чтобы была семья, муж, интересная жизнь… Как говорят, бойтесь своих желаний», – смеется мастерица Надежда Филатова. Именно это желание однажды и привело ее в небольшой старинный городок Ивановской области – Лух.

А родилась и выросла наша героиня ой как далеко отсюда. Урал, Пермский край. Город Нытва. «Зеленая вода» – так переводится его название. Жила Надя в многолюдной семье: три брата и сестра, многочисленные родственники, тетушки (у бабушки было десять детей). «Я росла в одном доме с бабой Аней, – вспоминает Надежда. – Многое передалось от нее. Она постоянно пряла, потому что держали овец и кроликов. Из кроличьей пряжи вязали шали, варежки и шапки, из овечьей – носки. Причем вязали все: бабушка, мама. И я училась этому. В школе ходила в кружок вязания, изостудию, вышивала крестиком, гладью. В общем, рукоделие началось оттуда».

Из Питера – в Лух

После школы поступила в Пермскую государственную фармацевтическую академию, но по семейным обстоятельствам учиться не смогла. Родилась дочь. В институт поступила только через семь лет – выучилась на инженера сетей и систем коммутации, после чего работала почти двадцать лет в «Ростелекоме». Много еще было перекрестков по жизни, перемен и перипетий, пока пять лет назад под Новый год Надежда не загадала то особое желание.

«Уже в январе я познакомилась с моим будущим мужем – музыкантом Костей Филатовым, который играет на пиле. Мы уехали к нему в Санкт-Петербург, хотя на тот момент он уже грезил Лухом… Ну и в какой-то момент мы все-таки решили, что будем выращивать спаржу и ходить на рыбалку. Так и оказались в Ивановской области».

Некоторое время Надежда работала в музее «Луковый терем», выучилась на гида-экскурсовода, а в 2022-м познакомилась с художником Александром Панкратовым и погрузилась в новый проект «Арт Лух». Из руин восстанавливали здание, вкладывая в это дело не только труд, но и душу. Теперь это творческая резиденция, где проводятся мастер-классы, встречи, мероприятия, много времени уделяется гончарному и текстильному делу.

Дар – обучать

Все, кто знает Надежду, скажут: «человек-энергия». Придумки, проекты и, главное, желание созидать и делиться этим с другими. «Оказалось, у меня дар, – смеется Надя. – Я могу обучать. Раньше думала: не быть мне педагогом – на горох в угол всех поставлю, кто не понимает. Но теперь через обучение других я и сама учусь терпению. И получаю от этого удовольствие. Больше всего времени уходит на занятия с детьми: одна группа у меня шьет игрушки, во второй – ткут, вяжут, прядут. В этом году у меня появилась ученица по строчевой вышивке. Ну и бонусом – «Лоскутная сказка» для женщин красивого возраста. Вообще, мне нравится все, но мечта, к которой я иду, – все-таки вышивка. Белая, нарядная. Лухская. Строчевая. Хотела бы организовать артель, чтобы много женщин к этому приобщить и возродить традиции. Но пока так, как есть».

«Лоскутная сказка»

Заниматься лоскутным шитьем Надежда Филатова стала, вдохновившись работами Марины Тулуповой, руководителя ивановского клуба «Лоскутная мозаика». Многое изучала через интернет.

«Заниматься не только с детьми, но и со взрослыми я всегда хотела, – рассказывает Надежда. – Причем чтобы это был не просто кружок по интересам, где женщины могут научиться шить или обмениваться опытом, но и уютное место для общения, встреч, чаепитий. В нашей «Лоскутной сказке» мы начали с азов, а сейчас изучаем уже более сложные техники. Причем планируем расширять сферу занятий – женщины мечтают освоить и гончарное дело. А почему бы и нет? И все-таки главное – выдать в итоге готовое изделие. Рукодельницы должны видеть результат. Оттачивая свое мастерство, женщины могут превратить это занятие не только в хобби, но и в источник дохода». 

Много планов у Надежды Филатовой и по работе с детьми. В числе социальных проектов, которые хотят запустить в «Арт Лухе», – «Истории наших бабушек». Мечтают, чтобы через личные теплые истории раскрывалась большая история бытия и жизни.

«Мы, например, совсем забыли, что наши бабушки и дедушки делали в печах аналог пастилы или конфет из моркови, свеклы, – говорит Надежда. – Наше поколение уже не помнит этого, а вот бабушки на занятиях могли бы как раз рассказать».

Много работают с ребятишками и в рамках грантовых конкурсов: занимаются традиционными ремеслами. Текстильное направление представлено, как говорится, от и до: шитье, вязание, прядение, ткачество. В этом году планируют осваивать набойку. Не обошли стороной керамику, а также открыли группу по вокалу (народное хоровое пение), сшили для ансамбля костюмы и уже подготовили программу для выступления. Одним словом, жизнь в «Арт Лухе» бурлит. Здесь всегда многолюдно.

Генетическая память

Надежда уверена: ничего удивительного в том, что люди тянутся к традиционным народным промыслам, нет. Все логично.

«Мы живем на всем готовом, можем купить любой продукт или вещь, но в нас просыпается то ли генетическая память, то ли инстинкт выживания, – делится Надежда. – Женщины (особенно женщины!) начинают понимать, что без вещей, сделанных своими руками, с любовью, с душой, наша жизнь превращается в какую-то синтетическую. Однако это не похоже на период девяностых, когда рукодельничали от безысходности. Это другой виток – новый. Мы словно хотим найти себя, найти то, что потеряли. Поэтому очень много женщин возвращаются к истокам, к традиционным народным промыслам и ремеслам, к рукоделию, и в этом находят точку опоры. Это наши костыли. Лично мой пример: я вернулась к рукоделию, когда потеряла профессию, в которой прожила очень много лет, и стала искать, чем же могу заниматься. Тогда я вспомнила, что умею вязать, шить, вышивать».

Кстати, есть в резиденции особая вещь – Надежда привезла с Урала бабушкину прялку. Здесь ее помогла отреставрировать и привести в порядок местная жительница Наташа Яблокова. Теперь это рабочий инструмент.

«Это память о моей бабушке. Словно красная нить. Я пряду на прялке, конечно, другими способами – не так, как это делала моя бабушка. Но верю, что, например, для моих внуков, а может быть, и правнуков (если я их когда-нибудь дождусь), я буду тоже вот такой бабушкой, которая прядет. Знаете, это самые теплые воспоминания, когда прядешь собачью шерсть, потом вяжешь из нее носки, и человек, старенький, который потом ходит в этих носочках, говорит тебе: спасибо за то, что согрела мои косточки. Пока коммерческих проектов по прядению у меня нет, но вот такие добрые дела, которые возвращаются словами благодарности, для меня очень ценны. На хлебушек мы заработаем другим способом, а вот удовольствие от жизни можем получить, только когда приходят люди и говорят спасибо. Это для меня самое ценное».