Я всегда с улыбкой вспоминаю время, когда работала в школе. Выпускница филфака, молодая и наивная, я постоянно попадала в нелепые ситуации и каждый раз думала: «Ну почему это постоянно происходит со мной?»

Боевое крещение

Однажды мои ученики снесли с петель дверь в кабинете русского языка и литературы. Причем сделали это вовсе не выпускники, как можно было предположить, а шестиклашки. Этот случай с дверью стал моим боевым крещением в школе…

Тогда у меня не было собственного кабинета, и уроки я проводила в чужих. Ребята пришли ко мне на факультатив, и мы увлеченно обсуждали, как и откуда появляются названия рек, гор, заливов и так далее.

Часто бывает, что в самые замечательные моменты просто из ниоткуда возникает какой-нибудь человек, который портит все веселье. Вот и на этот раз в класс заглянула моя коллега и позвала на собрание методического объединения.

Наверное, мне стоило отправить детей домой, благо урок давно закончился (мы просто никак не могли завершить увлекательное обсуждение), но дети изъявили желание во что бы то ни стало дождаться меня и пообещали сидеть тихо. В это я, конечно, верила мало, но сказала, что доверяю им («педагогический прием»).

Результаты моего педагогического воспитания не заставили себя долго ждать. Сидя на собрании методобъединения и внимая словам его руководителя, я вздрогнула, когда раздался жуткий грохот в коридоре (кабинеты располагались на одном этаже). Практически в три прыжка преодолев расстояние от парты, за которой я сидела, до коридора, я увидела умилительную картину: в коридоре лежала дверь от кабинета, а рядом, как на похоронах, стояли мои «гэшки» с понурыми головами.

В этот момент я во второй раз проявила всю свою прыть и, подлетев к ученикам как курочка Ряба, быстро осмотрела их конечности и головы. Вздохнула с облегчением, но тут же поежилась. Дверь-то лежала на полу. Причем не просто дверь, а дверь от кабинета одной из самых серьезных «педагогинь» школы. Я представила ее лицо, снова поежилась и заплакала. В школе уже почти никого нет, обращаться за помощью не к кому. Конечно, мне мог бы помочь учитель труда («педагог со стажем»), но все мои мольбы он пропустил мимо ушей и лишь «учил» меня, как правильно нужно «допросить» детей, чтобы отыскать главного зачинщика этого «вопиющего безобразия».

Кстати, я до сих пор не могу понять, как хрупкие одиннадцатилетние дети смогли снести с петель дверь. «Мы просто слегка толкнули», – оправдывались они потом, ходя за мной хвостом, пока я судорожно решала, что же все-таки делать с этой злосчастной дверью… Уже вечером я засыпала с мыслью: «Как хорошо, что есть подруги и их мужья». (Именно один из них приладил дверь на место.) Со своими «гераклами» я разговаривала серьезным тоном ровно три дня (для профилактики), а теперь, вспоминая этот случай, мы смеемся.

В школе – не спешить!

По учительским меркам я проработала в школе совсем недолго, но опыт получила колоссальный и чудесными воспоминаниями запаслась на всю жизнь. Что уж говорить о тех, кто в педагогике гораздо больше. Один из случаев мне когда-то рассказывала Людмила Иванова. Долгое время она работала в гимназии № 44 педагогом дополнительного образования, и в ее учительской жизни немало интересного.

Например, «Сказ о сыром рукаве». Время от времени, приходя домой, Людмила Ивановна слышала от мужа один и тот же вопрос: «Почему у тебя опять сырой рукав?»

Оказывается, после уроков ученики, переполненные эмоциями, приходили к ней в кабинет и просто плакали, выплескивая таким образом то нервное напряжение, которое накапливалось за день. А кто как не учитель пожалеет ребенка в школе. Вот и выполняла Людмила Ивановна, а точнее, ее пиджак, роль той самой жилетки, в которую обязательно надо выплакаться.

Еще один случай – поучительный – под названием «Поспешишь – людей насмешишь». Всем известно, что учителя усердно следят за порядком в школе (чтобы ученики не толкались, не дрались и, главное, не бегали). Но иногда обстоятельства складываются таким образом, что учитель сам оказывается в роли нарушителя спокойствия.

«В школу позвонили откуда-то сверху, и мне нужно было срочно позвать к телефону завуча, – рассказала мне Людмила Ивановна. – Уже прозвенел звонок на урок, и мне надо было поторопиться. Торопилась я настолько сильно, что на повороте врезалась в собственного ученика, который тоже сильно торопился. Силы и рост у нас были неравными, и я стукнулась головой о его грудную клетку. На следующей перемене он подошел ко мне, чтобы поинтересоваться, как мое самочувствие. Ушибленные места у обоих болели... Кстати, потом этот ученик пришел работать завучем в эту же школу».

Как муляж помог дисциплину наладить

Да, так случается, что дети ставят в неудобное положение и взрослых, и себя. Помню, одну из историй мне когда-то рассказала Мария Мясникова. Это было в те времена, когда она работала педагогом-организатором и учителем ОБЖ в одном лице. Каждый год вывозила мальчишек – будущих призывников – на так называемое знакомство с военной жизнью. Они ездили в военную часть, где подросткам показывали в том числе и оружие.

Дюжина рослых парней, которые постоянно балагурят и веселятся, и миниатюрная учительница рядом – зрелище милое. Строгого взгляда педагога хватает, конечно, ненадолго – парни снова начинают отпускать шуточки, не желая понимать серьезность этой «экскурсии». И все-то им надо потрогать и поковырять: автомат, пистолет, гранатомет… Гранатомет обязательно надо подержать в руках. Самый бойкий хватает «агрегат», немного наклоняет, пытаясь вскинуть на плечо, и… ужасный грохот, от которого все слегка присели.

Конечно, это был всего лишь муляж с такой же муляжной гранатой внутри, которая и вывалилась из оружия. Десять секунд гробовой тишины, красный от стыда «боец» пытается вернуть на место гранату, Мария Алексеевна с укором смотрит на горе-вояк, а сама думает: «Вот и славно. Теперь-то до самого конца мероприятия они будут вести себя как шелковые». И мысленно улыбается…

Таких школьных историй у каждого учителя наберется столько, что можно написать целую книгу. Причем книгу с продолжением. Ведь пока есть учителя и их ученики, этим историям не будет конца.