Об одном таком волонтерском проекте под названием «Скорая социальная помощь» мы говорим с руководителем региональной общественной приемной Дмитрия Анатольевича Медведева Екатериной Ширяевой.

– Почему ивановцы идут искать помощи не в приемные городских и областных чиновников, а в приемную Медведева?

– Разные бывают случаи: есть люди, привыкшие ходить за помощью только к нам – те, кто уже однажды получил у нас поддержку, не найдя понимания в других инстанциях. За 10 лет работы приемной мы многим смогли помочь и нас знают в городе и области. Некоторые горожане приходят на прием к «своему» депутату, который проводит встречи с избирателями в нашем помещении, а потом продолжают ходить сюда – по большому счету людям всё равно, кто им помогает: главное – результат. А есть и такие, кто шел мимо, увидел вывеску приемной премьера и эмоционально пришел на прием. У нас в офисе всегда есть сотрудники – юрист или депутат, ведущий прием, и посетитель всегда получает помощь или консультацию – без внимания не остается никто.

– Насколько это правильно и эффективно – помогать отдельным гражданам, а не настраивать работу всей системы, чиновничьего аппарата?

– Настраивать систему управления городом или областью – это не наши полномочия, мы вскрываем несовершенство работы отдельных чиновников или управленческих цепочек и возвращаем проблему нерадивым исполнителям, доводя дело заявителя до конца – это очень важно для обращающихся к нам граждан. Мы, по сути, являемся дополнительной ступенькой контроля над чиновниками. У нас, например, есть сотрудница, которая всю жизнь проработала в сфере ЖКХ, гуру в этом вопросе, и был случай, когда она восемь раз возвращала ответ в администрацию, потому что это были банальные отписки. Многие горожане просто не в состоянии вести такую осаду чиновников – у них нет времени, юридических знаний, опыта.

– Со стороны кажется, что проект «Скорая социальная помощь» появился на свет из-за того, что ваши пиарщики придумали красивое броское название.

– Все с точностью до наоборот. Когда-то кинешемские волонтеры, плотно общавшиеся с руководителем местной приемной, решили, что хотят выйти на другой уровень работы. Они рассказали секретарю регионального отделения «Единой России» Виктору Владимировичу Смирнову, что видят в приемной большое количество заявок на помощь. А руководительница приемной и хочет всем помочь, но ее физически на это не хватает. В районах не столько просят о финансовой и правовой помощи, сколько о физической: натаскать воды, наколоть дров, помочь по дому инвалиду или ветерану, снег расчистить у дома.

– Это какое-то тимуровское движение…

– Да. «Тимур и его команда» – это было первое неформальное название проекта. Потом к Кинешме стали подключаться другие офисы приемной Медведева по области и проводить различные мероприятия. Например «Снежный десант» – уборка снега у калиток пожилых людей после снегопадов и заносов. Собирают и сеют урожай, еще многое другое. Молодежь иногда удивляет меня своей готовностью помогать. Приемная в большинстве случаев – просто посредник, организатор – ну, еще инвентарем часто обеспечиваем, материалами для ремонта.

Областной центр – отдельная тема. Тут львиная доля помощи приходится на многодетных мам – не секрет, что некоторые папы оставляют такие семьи, особенно если там есть больной ребенок. К ним волонтеры приходят иногда просто убраться, посидеть с малышами пару часов, дав возможность маме заняться делами. Оказываем и финансовую помощь, вот недавний пример: ребенку выбили квоту на сложную операцию, маме надо ложиться с ним на месяц или два в больницу, источника денег, кроме ее зарплаты, в семье нет, а с ребенком любого возраста проживание платное. Тут я уже смотрю, чей это округ (имею в виду депутатов городской и областной думы от «Единой России») и выхожу с просьбой о помощи. Еще есть проект «Соберем ребенка в школу» – это семьи, которые к нам уже обращались, мы их знаем, и кто не может по тем или иным причинам претендовать на помощь от соцзащиты, не может чего-то подтвердить справками. Мы им помогаем: я сама мать и знаю, что значит собрать ребенка в школу.

Талантливые дети из малообеспеченных семей часто выигрывают заочные конкурсы, но не могут поехать на финал, например в «Артек», – просто нет денег на поездку. Тоже помогаем по мере сил. Это всё реальные ситуации, наша повседневная работа».

– Я как раз хотел спросить: откуда берутся средства для оказания помощи?

– «Скорая социальная помощь» – это только личные средства жертвователей, никаких денег на депутатские наказы или из других бюджетных источников – только деньги благотворителей. Или депутатов, или других неравнодушных людей, которых в городе оказалось немало. Партийцы с удовольствием помогают и не стремятся перевести всё в электоральный эффект – просто помогают без оглядки на PR. И речь, естественно, идет не только об одиноких мамах – это и пенсионеры, и инвалиды, и другие категории горожан. Волонтеры клеят обои одинокой бабушке, которая не могла это сделать 20 лет. Нужны только деньги на обои – мы с «Кенгуру» часто связываемся, другие спонсоры помогают – если этим заниматься, то люди находятся. Кто-то даст денег, но не пойдет красить, кто-то наоборот. Студенты и учащиеся днем учатся – готовы помогать вечером. Общественники готовы прийти на помощь утром. Идет постоянный бесконечный процесс – и это здорово, это вселяет оптимизм.

– На вашем сайте написано: проект «по оказанию адресной помощи людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации». Кто определяет, насколько сложная ситуация и насколько нужна помощь?

– Мы, сотрудники приемной Дмитрия Анатольевича Медведева, проверяем каждое сообщение. Если просьба связана со здравоохранением, обязательно берем медицинскую выписку, созваниваемся с лечащим врачом: действительно ли человеку необходимо лечение, столько ли оно стоит…

– Остапам Бендерам к вам не пролезть?

– Не пролезть, но пытаются: желающие получить что-то на халяву всегда есть. Есть, как мы их называем, «постоянные» желающие: одна бабушка настолько интеллигентная и милая с виду, что не отказать. Но когда она с одной просьбой помочь деньгами «на хлебушек» пришла к пятому депутату подряд…

Мы собираем максимум информации о просителе и уже на ее основе принимаем решение: помогать или нет. Выезжаем на место, смотрим, собираем справки. Часто к нам обращаются с уже проработанной проблемой, например органы соцзащиты, и мы берем проект в работу.

– Как вы ищете волонтеров на проекты в нынешнее бездушное время, как отбираете?

– Как правило, их приводит за собой какой-то увлеченный лидер. Никогда не связывалась с волонтерскими организациями – а их сейчас много развелось – к нам всегда сами приходят. И группами, и по одному.

– В преддверии выборов многим кажется, что подобные проекты закончатся 9 сентября, в единый день голосования. У проекта «Скорая социальная помощь» есть какие-то временные рамки?

– Нет. Мы не идем параллельно с избирательными кампаниями, не пересекаясь, нигде не пиарим тех, кто нам помогает – заметили, я сегодня умышленно не назвала ни одной фамилии. Никто из кандидатов от «Единой России» не пришел ко мне и не сказал: «Я избираюсь, дай мне пару «красивых» заявок, которые можно эффектно отработать». Проекту «Скорая социальная помощь» уже год, и он только набирает обороты.