БАННЕР
На площади Пушкина завершается монтаж торговых рядов
Об этом сообщает единая дежурно-диспетчерская служба города Иванова
Без тепла и горячей воды остались почти 7 тысяч человек
Губернатор Станислав Воскресенский вместе с главой города Владимиром Шарыповым и жителями микрорайона обсудили результаты реализации проекта
в следующем году может пройти в Иванове
Наталья Мухина
Корреспондент «РК» провел смену с участковым в Суховке

– Мы с вами сходим с профилактической беседой в притон. Но он не опасный, не волнуйтесь. Потом на рынок, в «Магнит» (там женщине прыснули в глаза перцовым баллончиком), а еще надо будет проверить семью, где дети состоят на учете в комиссии, – предупредил перед интервью Александр Смирнов, старший участковый уполномоченный УМВД по Ленинскому району города.

Экскурсия в нехорошую квартиру

Мы встретились серым утром в Суховке и сразу направились в дом № 9 по Кохомскому шоссе – по самому проблемному адресу в районе. Дверь в квартиру не запирается – полицейский открывает ее легким толчком. Гостей встречают черные от давнего пожара стены. О жизни в комнатах можно судить по косвенным признакам: на столе половинка арбуза, которая вычерпана ложкой; на полу валяются сигаретные окурки; в ряд выстроена поношенная обувь на все сезоны, а на подоконнике стоит зеркало и несколько икон. Единственные детали, которые не запачканы копотью.

За низким столом сидят четверо: хозяин квартиры, двое мужчин и одна женщина. Возраст определить сложно. Перед ними салаты в пластике (просрочка из супермаркетов), стопки и приборы. Участковому не удивляются. Скорее рады – можно «стрельнуть сигарету».

«Мужчина-инвалид устроил притон, – вводит меня в курс дела участковый Александр Смирнов. – К нему часто приходят жить разные асоциальные личности. Выселить его нельзя – квартира в собственности, да и состояние здоровья не позволит. Отключили за неуплату газ, электричество, оставили только отопление и водопровод. Так положено по санитарным нормам. Хотя в какой-то момент не было и воды. Запах стоял жуткий».

– Извините, а не дадите телефон позвонить? – прерывает его объяснения местная обитательница – Людмила.

– На, держи, – без колебаний соглашается полицейский.

Женщина берет мобильник и по памяти набирает номер:

– Мам, привет. Мам, с юбилеем тебя, – начинает плакать она. – Да не шмыгаю я. Просто простыла. Настя как? Чего? Да они припухли, что ли, вообще? Я тебе говорила, не давай им общаться! А ты: нет, нет, это же папа! – закричала Людмила и, прервав разговор, вернула аппарат участковому.

– Вот я! – говорит мне Людмила. – Заревела еще… Мама сказала, что не надеялась уже меня услышать. У меня телефон-то разбили. Не могу звонить. А Настя моя, представляете, музыкальную школу с красным дипломом окончила.

«Настя – дочь, – поясняет вполголоса участковый. – Людмиле 35 лет, мать живет в Фурманове, но они почти не общаются. Говорит: характер тяжелый».

В притон Александр приходит раз в два дня – проверяет, чтобы всё было спокойно, а «постояльцы» не мешали остальным жильцам дома. По-другому с этой ситуацией разобраться нельзя. Хотя, по рассказам хозяина квартиры, с соседями по подъезду они даже немного дружат – он ходит к ним греть чайник, чтобы по тюремной традиции заваривать чифирь.

В Богородском – на пожизненное

Гораздо больше неудобств причиняют люди с психическими отклонениями. Например, старшая дома № 4 по Кохомскому шоссе Ирина Легенченко рассказала, какие проблемы доставляла «неадекватная девушка» до того, как вмешался участковый: «Она вроде была тут всегда, до своих 23 лет. Ничего не соображала. Мама ее тоже оказалась не до конца «в уме», хотя справками это не подтверждалось. Пока был жив отец, особых проблем не возникало: девочка, хоть и не отдавала себе отчет в том, что делает, его побаивалась. Но когда мужчина умер, начался кошмар: дочь выбегала из квартиры ночью, звонила всем соседям в двери, выливала помои из окна и они стекали по наружным стенам».

Чтобы понять, что происходит, полицейский посетил семью, выяснил, что опекунство не оформлено (соцзащита не одобрила маме опекунство над совершеннолетней дочерью в силу психических особенностей женщины). Разруливать ситуация пришлось бригаде № 6. Девушку забрали в Богородское, где она, скорее всего, останется на пожизненное лечение. Во всяком случае, так предположили врачи.

– Конечно, жалко ее, – размышляет старшая по дому, – но и нас понять можно: так жить невозможно. Так что спасибо Саше. У нас и до этого были участковые, но какие-то безразличные, а он сразу откликнулся.

Полицейский участок Александра Смирнова ограничен с одной стороны улицей Павла Большевикова, а с другой – Рождественским микрорайоном, здесь проживает около 30 тысяч человек. По таблице участкового среди них семь социально опасных элементов, два семейных дебошира, 28 условно-осужденных и 16 человек, находящихся под административным надзором. Условно-осужденных полицейский навещает раз в квартал, всех остальных – раз в месяц.

Оружие пока не пригодилось

К счастью, таких проблем в районе немного. Да и в целом по городу сейчас спокойно. Табельное оружие, которое Александр получает каждый день, заступая на пост, пока не приходилось применять за границами учебного стрельбища.

При этом есть стандартные ситуации, с которыми к участковому обращаются практически каждый день: шум в ночное время, побои, угрозы убийства, хищения из магазинов, мошенничество в Интернете. Пока мы идем с Александром по участку, подтверждение этому «топу проблем» возникает прямо перед глазами.

«Посмотрите, на меня оформлен кредит, – возмущается пожилой мужчина, еще издалека завидев участкового и узнав его. – Прислали эсэмэску с именем и отчеством. Написано, что, мол, 300 тысяч на мне висит. Посмотрите, разберитесь. Явно орудуют жулики!»

Александр берет мобильник, читает сообщение и, развеивая мифы дедушки о наглых мошенниках, объясняет, что это обычная реклама. Бдительный гражданин благодарит за помощь и идет по своим делам. А мы направляемся дальше. Участкового здесь многие знают в лицо, его личный номер есть у всех, кому может внезапно понадобиться помощь: у дикторов магазинов, у управляющей местного рынка, на котором порой случаются пьяные драки, и у хозяина кафе с восточным названием. Создается впечатление, что полицейского здесь знает в лицо половина прохожих. Согласитесь, удивительная ситуация для многих других районов города.

– Если вы не знаете, кто у вас работает, то тут только два варианта: плохой и хороший, – рассказывает Александр. – Хороший означает, что у вас в доме ничего не происходит – полное спокойствие. Плохой говорит о том, что наблюдается некомплект кадров и имеющийся сотрудник просто не успевает делать работу на слишком большом участке. Здесь я постоянно мониторю, что происходит. Стараюсь разговаривать с людьми не только о той проблеме, которая их беспокоит, но и об обстановке вокруг. Могу узнать, например, нет ли непорядка в соседних квартирах, выяснить что-то о случаях домашнего насилия и так далее. Много общаемся со старшими по дому, они помогают. Вообще, эта работа мне нравится, я участковый с 2015 года – до этого работал во вневедомственной охране. Это разные направления. Сейчас мне интересно то, что я делаю: это ведь постоянное общение с людьми, где у каждого своя история. Думаю, я на своем месте.

День участковых уполномоченных полиции в России отмечается 17 ноября. Праздник учрежден Министерством внутренних дел в 2002 году.

Сообщение отправлено

Самые читаемые статьи

Ольга Хрисанова

Нулевая готовность

Если не заняться маркировкой прямо сейчас, то и производители, и продавцы текстиля просто уйдут с рынка

Ольга Хрисанова

Ветеран пришел в газету

В Иванове живет и помогает другим сапер– фронтовик, участник Парада Победы 

Екатерина Сергеева

ЖБО и ныне там

Про старую и дурно пахнущую проблему

Эксклюзив РК
Николай Голубев

Палех нараспашку

Праздничные свидетельства, которые никогда не публиковались