Полагаю, вопрос «Сколько городов у нас в России?» для большинства читателей будет вызывающе праздным. Однажды познакомился с коллегой, который не только точно знал количество, но и вел счет тем, где успел побывать. Когда я его спросил, не сливаются ли воедино города, если в неделю их набирается по семь, он подтвердил мою догадку – отличить один от другого в таком ритме крайне сложно

Край веселого ситца

Думаю, ни для кого не секрет, что нынешние городские власти проявляют к туризму куда больший интерес, чем предшественники. О том, зачем люди отправляются в путь, написано много. Если попытаться упростить, можно сказать, что туристы ищут новые впечатления. Особенность организованного туризма в том, что потребляется некий унифицированный продукт. При правильном подходе этот продукт сбалансирован – познавательный компонент уравновешен развлекательным. Нередко учитываются личные предпочтения или групповые: молодежный туризм отличается от семейного.

Известны случаи, когда люди, объездившие пол-Европы, не были в соседнем облцентре, считая, что принципиальной разницы при близком соседстве нет. С Ивановом такая отговорка не проходит, все окрестные города не имеют с ним практически ничего общего. Ивановцы с удовольствием отправляются во Владимир, Ярославль, Нижний и Кострому, и многие, возвращаясь, приходят к выводу, что в Иванове смотреть нечего.

Ориентация на стандарты «Золотого кольца» с его кремлями-монастырями и средневековыми соборами создавала и создает комплекс неполноценности у наших жителей, и, чтобы преодолеть то, что психологи называют «негативной идентичностью», нужно сменить установки.

Мне памятен рассказ одного экскурсовода, сопровождавшего лет тридцать назад в Иванове группу странников, насытившихся древностями под завязку. «Какой у вас прекрасный город! – сказали они. – У вас практически нет церквей!»

Впрочем, церкви церквям рознь. Большая часть городских храмов – новоделы лишенные ауры, которая создается веками. А есть места не намоленные, а натруженные. Это фабрики. В комплекте к ним можно показать усадьбы и особняки их бывших владельцев и продемонстрировать продукцию, которую на этих фабриках выпускали в течение последних двух столетий.

У меня был опыт знакомства с такого рода артефактами на «Красной Талке» (бывшей мануфактуры Прасковьи Витовой с сыновьями) и бывшей фабрике Коновалова в Вичуге. Шикарные альбомы, выпущенные к юбилеям, изобиловали диковинными тканями совершенно необыкновенной фактуры и расцветки. Да и Дуся и Маруся Виноградовы, работавшие на вичугской фабрике, когда она стала носить имя Ногина, ткали ситец довольно экзотической расцветки – с тракторами, велосипедистами, дирижаблями, аэропланами и прочими серпами и молотами агитационного текстиля.

Хлопчатобумажный авангард просуществовал недолго – с 1924 по 1934 год, но его наследие в ивановском крае обширно. Как отмечала Жанна Васильева в статье «Агитаторы из Красного Манчестера», художников старой школы окончательно лишили свободы творчества, но простые люди («мещане») вопреки всем постановлениям тяготели к веселому ситчику в цветочек. Сегодня же количество желающих иметь вещи с агитационными принтами растет.

Иваново заявляет о себе как о центре молодежной моды, проводя конкурсы и фестивали. На круглых столах обсуждают актуальные вопросы развития текстильного рисунка. Но многотысячные экспедиции, приезжающие на ивановские текстильные ярмарки, – это еще не туризм.

Попытка развития событийного туризма будет реализована в городе в сентябре, во время проведения фестиваля современного искусства «Первая фабрика авангарда», где будут и модные показы, и актуальные художественные акции на городских площадках.

Репутация Сортировки не пострадала

Если после двух часов дня вы прогулялись по Сортировке и остались целыми и невредимыми, то в азартные игры вам лучше не играть – свой запас везения вы исчерпали…

Примерно такой вывод можно сделать после прочтения фрагмента текста блогера Ильи Варламова, написанного после посещения Иванова и прогулки с мэром Владимиром Шарыповым по центральным и не очень районам города. Реакция на его визит в городе была спокойная, а на странице его блога можно найти весьма любопытные суждения об Иванове. Если кратко, Иваново не любят многие ивановцы и не находят интересным те, кто побывал в городе.

В дни проведения чемпионата мира по футболу СМИ сообщали, что иностранные гости путали не только Нижний Новгород с Великим, а Ростов-на-Дону с Ростовом Великим, но и Саранск с Пензой. Это может вызвать улыбку и недоумение. Несколько лет назад в разгар кампании по брендингу городов появилась статья с говорящим названием «Почему Пермь путают с Пензой?». Потому что плохо знают свою страну, где есть еще Омск и Томск, Самара и Саратов, Астрахань и Архангельск…

Узнаваемость города – вопрос престижа его руководителей и жителей. Иногда очень малой их части. Можно ли что-то сделать, чтобы изменить мнение о городе у тех, кто считает, что живет в худшем месте галактики. А такие есть и в городах, являющихся признанными туристскими центрами.

После приезда в Пермь команды Марата Гельмана упоминание города в СМИ увеличилось, пожалуй, на порядок. Медийные персоны рассказывали о посещении крутых мероприятий. Многие были подписаны на интернет-газету «Соль»… А потом проект свернулся. В городе остались арт-объекты и музей современного искусства. И люди, стремившиеся к тому, чтобы в городе было интересно жить.

О роли варягов культуртрегеров пойдет речь на одной из площадок интеллектуальной платформы фестиваля «Первая фабрика авангарда» в сентябре.

Каменное лицо авангарда

Попытки «перезагрузить» Иваново предпринимались несколько лет назад в проекте «Иваново – молодежная столица Европы». Амбициозным планам не суждено было сбыться, но и отказываться от них нельзя, учитывая потенциал города с таким количеством вузов, в которых учится столько иногородних студентов. Именно они могли бы выступить в качестве проводников позитивного образа города, в котором нет древних храмов, но есть много авангардной архитектуры и самобытного актуального искусства.

К фестивалю «Первая фабрика авангарда» предполагается выпуск почтовой открытки, которую можно будет рассматривать как нетривиальный сувенир. Возникает вопрос: что из ивановского архитектурного авангарда на ней разместить? Дом-«корабль», дом- «подкову», эффектное здание бывшей гостиницы «Центральная»? А может быть, удивительно выразительный ракурс подстанции № 2 ИвГРЭС, который открывается со двора на улице Зверева? Этот железобетонный шедевр работы архитектора Сергея Грузенберга у меня ассоциируется с водонапорной «Белой башней» Моисея Рейшера на Уралмаше, которую немецкий профессор Вольфганг Шустер назвал Моной Лизой авангарда.

Каким мы продемонстрируем наш город миру, таким его и будут воспринимать. «Перезагрузка» визуального маркера города должна быть эффектной и эффективной, эйфорической и феерической.