Эти цветные гравюры хранятся сейчас в нескольких крупных музеях страны. Но почему они не попали в свое время в ивановские собрания? 

Видимо, такое искусство шло вразрез с тогдашней региональной идеологией. Ведь местные власти всячески подчеркивали, что главная промышленность области лишь называется легкой – она требует от работниц полной самоотдачи, а со стороны государства заслуживает самого серьезного отношения. 

Ивановские художники писали тогда портреты знатных ткачих, как правило, монументально, пастозно; важно было показать не женщину – а героиню, человека новой формации. На гравюрах же Петровых – вместо тружениц прославленного революционного города мечтательные нимфы. Да еще и полуобнаженные, красивые – без отекших ног и впалой чахоточной груди. Наперекор устоявшемуся «ивановскому мифу».

Надо сказать несколько слов об авторах этой «легкомысленной» текстильной серии. Леонид Петров (1919–1978) – урожденный иваново-вознесенец. В 1937 году окончил наше художественное училище и поступил в Ленинградский институт им. Репина (в Академию художеств). Во время войны, оставаясь в блокадном городе, участвовал в выпуске наглядной агитации, плакатов, газет. После Победы жил и работал в городе на Неве. С супругой – Валентиной Шульц (1922–2018) – познакомился, видимо, в институте. Работали они и по отдельности, и вместе. В 1969-м оба стали заслуженными художниками РСФСР. И в том же году Леонид Петров получил государственную премию за серию работ о Ленине. В золотой для себя период, на излете советской оттепели ленинградские художники и берутся за ситцевую тему.

Изображают они не только ожидаемый фабричный цех, но и магазин готовой продукции, мастерскую текстильной художницы. Серию составляют шесть листов в нежных голубых и розовых тонах. В нарисованном Иванове – только девушки («Городок наш ничего, населенье таково: незамужние ткачихи составляют большинство»). Мужчин не видно даже там, где они должны бы появиться – у кровати обнаженной, на дне рождения ткачихи, на прогулке с новорожденным. Кстати, в коляске, судя по цвету банта – тоже девочка.

Текстильщицы Петровых словно фарфоровые, невесомые; ситцевые халатики не скрывают хрупкую женственность. И есть что-то общее в выражении их лиц – тихое томление, затаенное ожидание замужества.

За три года до этих зарисовок журнал «Новый мир» опубликовал очерк про Иваново – «Свет и тени города ткачей». Он стилистически не вяжется с рисунками Петровых, но подтверждает их фактически. Журналист Тимофей Лешуков подмечал: «В Ивановской области насчитывается около двух десятков городов и рабочих поселков, в которых нет ничего, кроме текстильных фабрик. С годами сложилось такое разделение труда – мужчин процентов тридцать, а женщин (в том числе и ткачих) процентов семьдесят к общей численности рабочих. Каждой весной молодую часть работниц охватывает эпидемия расчетов. Мастера не успевают писать резолюции на заявлениях об увольнении: «Согласен, при условии подыскания замены». Однако замены не находится, и решение конфликта переносится в фабком и к директору. Мне пришлось быть свидетелем такого разговора в кабинете директора Лежневской фабрики. <…> Директор: «К матери, что ли, возвращаетесь?» Работница: «Зачем? Чай, выросла, пора замуж выходить». Директор (добродушно): «Вот и хорошо. На свадьбу дирекция отпуск даст, гуляйте хоть с неделю. Может, и меня пригласите». Работница (с вызовом): «Может, дирекция мне и жениха подыщет? Не берётесь? Вот то-то, а ещё директор. Смотрите, в цехе – пять подмастерьев, два возчика пряжи да ремонтировщиков – четвёрка. И все они женатые. А нас в цехе, девчат, – до сотни. Мне уже двадцать пять. И так перестарок. А ещё год-два поработаю – совсем старой девой останусь. (Решительно.) Нет уж, подписывайте расчет. Уеду на целину или в Братск, может, там судьбу себе устрою».

Конечно, в «Ивановских ситцах» Петровых нет столь вызывающего и грубого. Это все-таки не публицистика – искусство...

Говоря о текстильной серии ленинградцев Петровых, нельзя не вспомнить ивановских художников Нину и Валерия Родионовых. В 1970-е супруги по-своему начали разрабатывать текстильную тему. На их холстах тоже простые фабричные девчонки – в коротких халатиках, ярких косынках. Но ивановских живописцев в первую очередь захватывает колористика текстильного цеха: яркие ситцы вырываются из темных станков. Содержание Родионовы раскрывают через форму и композиционные решения: небольшая фигурка текстильщицы на фоне огромного производства, среди веретен и ниспадающей ткани. Да и к самой теме у ивановцев – другое отношение. Их героини, несмотря на молодость, физическую хрупкость, твердо стоят на ногах, знают свое дело – они внутренне цельные. Без завитушек, в отличие от нимф Петровых.

Кто из художников прав, кто честнее изобразил эпоху? Думаю, не соврали ни те ни другие. У них просто разная «оптика», разное удаление. Слишком большим был главный текстильный цех страны – потому и типажей много, не нарисуешь одной краской.