Десять лет назад 10 мая стартовал третий завершающий этап кругосветной трансарктической историко-географической экспедиции

Команда прошла на тримаране свыше десяти тысяч морских миль в полярной зоне северного полушария Земли, тем самым поставив сразу несколько мировых рекордов. Сегодня, спустя 10 лет, руководитель экспедиции Олег Волынкин снова с бородой – признак того, что впереди новое путешествие?

Итак, 10 мая 10 лет назад…

Наша команда стартовала на заключительный третий этап кругосветной экспедиции из Плёса. Нас провожало огромное количество людей. На борту с нами до Петербурга в два этапа шли воспитанники кадетского корпуса имени адмирала Невельского. Первая младшая группа – до 7-го класса – шли от Плёса до Череповца. Это 800 километров. Старшая группа (от 7-го до 9-го класса) шла от Череповца до Санкт-Петербурга – а это около тысячи километров! Потом ребята отправились домой, а мы – по пути следования экспедиции.

Четыре дня ушло на подготовку всевозможных виз и документов, и 10 июня мы ушли из Санкт-Петербурга в Балтийское море, пересекли границу Российской Федерации и взяли курс на Данию (Копенгаген).

Артисты Большого театра тоже любят… копченое сало

Когда мы были в Копенгагене (а средства массовой информации там работают молниеносно!), буквально через несколько часов в порту оказалось большое количество представителей телевидения, радио, печатных СМИ. Информация очень быстро разнеслась. А уже к вечеру на нашем борту была делегация… Большого театра! На тот момент артисты гастролировали в Копенгагене. В тот день в порту, в яхтклубе звучала русская музыка. Русский шансон, русская классика, романсы. Порт замер! Нас же удивили своей красотой балерины Большого театра. Когда мы хотели их угостить конфетами, чаем, они категорически отказывались – фигура требовала жестких диет. Но когда наш боцман предложил копченое сало, отказаться они не смогли. Почему-то именно это запомнилось больше всего.

Дальше – в Северную Атлантику...

Взяли направление на Фарерские острова, а через них – к Исландии, в Рейкьявик. Надо отметить, за предыдущие годы мы научились хорошо пользоваться метеоспутниковой системой связи и как на скрипке играли с погодными условиями. В Исландии мы пробыли несколько дней, но не потому, что очень хотели посмотреть Исландию, а потому, что в это время в Северной Атлантике бушевали шторма и попасть в них никому не хотелось. За это время при поддержке нашего посольства мы посмотрели кратеры и водопады, действующие горячие гейзеры, узнали, чем живет Исландия.

По истечении почти 12-дневного пребывания мы все-таки на хвосте последнего циклона ушли в сторону Гренландии: нам обязательно нужно было приблизиться к береговой линии, чтобы под защитой от ветров дойти до южной оконечности мыса Фарвель и дальше – в Нуук, столицу Гренландии.

Осталось трое

И все-таки мы попали в большую переделку: почти несколько дней не могли выбраться из ледяных лабиринтов. В команде началось брожение: дойдем ли? Тогда в любой момент мы были готовы покинуть судно. В Нууке двое членов экспедиции стали настаивать: поход нужно остановить, дальше его продолжать нельзя, это самоубийство. И тогда мне пришлось сделать опрос. Тем, кто отказался идти дальше, рекомендовано было в течение часа покинуть борт. Разговаривать было некогда. Мы же стали экстренно ремонтироваться. Нам очень помогли жители Гренландии. Они приносили питание – морепродукты, рыбу, мясо, помогали стройматериалами. Я всегда говорю так: не мы хорошие и смелые – хорошие люди, которые помогали нам всюду и везде, – в России, в Европе, в Исландии, Гренландии, полярной Канаде. Везде нас ценили, уважали.

Новым членом экипажа стал… канадец

В Гренландии мы посчитали: предстояло пройти почти пять тысяч морских миль. Это без малого десять тысяч километров – как от Калининграда до Вдадивостока. Только не на самолете, а на тримаране, скорость которого пять-шесть узлов. Мы понимали, что всё может произойти. Я позвонил по спутниковому телефону своему другу Майклу Глану в Канаду и сказал: «Мы не дойдем втроем! Присоединяйся!»

И он дал добро. Когда мы пришли в Клайд-Ривер, он уже прилетел туда на маленьком самолете и присоединился к нашей команде.

Кораблекрушение

В районе острова Ивонияк мы потерпели кораблекрушение. Суша возвышается над уровнем моря не более чем на метр. Во время шторма радар не увидел остров и ночью мы влупились в него с огромной силой. Тогда вставал вопрос, чтобы из тримарана сделать катамаран и добираться до населенного пункта, либо – нажать кнопку SOS спутникового телефона и на этом бы всё закончилось. Но мы решили продолжить путь – с титаническими усилиями выбрались на берег, несколько дней ремонтировались и отправились дальше.

Я обязан был постоянно сообщать точные координаты в штаб, но решил скрыть информацию о кораблекрушении. Никто бы не узнал. И только один волк? в России увидел в морских сводках, что несколько суток сводки идут из одной и той же точки посреди океана. Но, тем не менее, мы вышли из ситуации и продолжали движение в сторону Барроу.

Женщина в белом на севере Канады

Наступала глубокая осень, постоянные снегопады, льды. Мы миновали последний населенный пункт на севере Канады – Тактояктук. Высадились на берег, срочно заправили солярку, стали ремонтироваться. Изможденные, уставшие, грязные… И вдруг на берег подъезжает белый линкольн и из него выходит пожилая леди вся в белом: шляпа, вуаль. Ей помогает молодой человек, несет корзину.

Выяснилось, это женщина русского происхождения, живет в Канаде. Ее муж был китобоем и погиб в районе этого города. И она приняла решение на всю жизнь оставаться рядом с тем местом, где он погиб. Зная, что пришло непонятное судно под русским флагом, и зная, что в Канаде нет настоящего хлеба, она всю ночь пекла пироги, булки, сдобу, чтобы утром принести всё это нам. Она побывала у нас на борту, рассказала, каким образом она осталась здесь, проводила нас, и мы пошли дальше.

Негостеприимный Барроу

24 сентября мы пришли к мысу Барроу (Аляска¸США). И если на всей территории нас встречали приветливо, здесь нас даже не подпустили к берегу. Более того – нас поставили на полицейскую стоянку в четырехстах метрах от берега и в бинокль наблюдали, как мы себя ведем. А условия у нас были спартанские: не было туалета, не было теплых вещей, заканчивалась пресная вода. Мы просто были без сил. Но никакой поддержки нам оказано не было.

Здесь борт должен был покинуть Майкл Глан, потому что он канадец, в Россию ему нельзя – нет визы. И он вынужден был добираться до суши вплавь – 400 метров в ледяной воде в тонком гидрокомбинезоне! По спутниковому каналу я сказал Майклу, что терпеть такое поведение американцев мы больше не будем, переговоры на английском я с ними прекращаю, мы снимаемся с якоря и идем в Россию. Хотят – пусть догоняют нас в океане. Так мы расстались.

Из-за ошибки в прогнозе погоды 26 и 27 сентября мы попали в ураганный ветер свыше 30 метров в секунду, высота волны достигала 10–12 метров. Это был ад в океане. Как мы выжили, я до сих пор не могу сказать. 3 октября мы еле живые пришли в Анадырь. Через два дня Анадырский залив покрылся льдом. Океан встал. Туда за нами прилетел Алексей Владиславович Шевцов, мы погрузились в самолет и отправились на большую землю.

Полтора месяца учились ходить

Полтора месяца мы учились ходить, спали у холодильника. Каждый из нас потерял до 14–15 кг веса. И, тем не менее, впервые в Арктике, в районе Берингова пролива мы закрыли кругосветное кольцо, тем самым установив сразу несколько мировых рекордов. Впервые в мировой практике на резиновом судне мы прошли вокруг света, впервые на резиновом матрасе прошли северный фасад России от Анадыря до Архангельска, впервые в мире мы прошли Северо-западный проход за одну навигацию.

Вся экспедиция в музее 

Сейчас, по истечении десяти лет, в честь юбилея мы открыли экспозицию в Плёсе. Место его локации – Музей рыбы на торговой площади. В числе экспонатов – имущество экспедиции, карты, снаряжение, судовые дневники. Там же запланированы встречи с путешественниками, лекции, рассказы очевидцев. Предположительно выставка будет работать до 4 октября. Но кто знает, может, она станет постоянно действующей…

Ну так почему с бородой?

Действительно, последние пять-шесть лет я ходил без бороды, а вот раньше это был верный признак: я обязательно отращивал бороду, если куда-то собирался. Почему сейчас? В этом году исполняется десть лет завершения нашей кругосветной экспедиции, и я принял решение отрастить бороду. Отрадно сознавать: по истечении десяти лет кроме нас никто так и не решился пройти вокруг света на резиновом матрасе. Мы остаемся единственными в мире, кто на надувном парусном тримаране «Русь» совершил кругосветное арктическое путешествие под названием «Путь Ориона».

 

Сообщение отправлено

Самые читаемые статьи

Генеральные предложения

Завершились общественные обсуждения изменений в генеральный план города и правила землепользования и застройки

Золотой "квадрат"

Квартиры в Иванове подорожали на 25-30%

Священная – противовирусная

Ивановский музыкальный театр представил премьеру хореографического спектакля «Весна священная» на музыку одноименного балета Игоря Стравинского

Бронза, камень-бумага и синий лен

В музейно-выставочном центре на Советской, 29 открылась небольшая, но насыщенная выставка (арт-проект) девяти московских художников «Лен»